зеркало: германия	Главная	Новости	Цитаты	Магазин	ЖЖ-Блог

ЕшАапшІ научно-литературный і аїїщоствеино-
политнческШ журналъ.

о 2.

Годъ изданія второй.

Москва. — 1 913 г.

894974

МОСКВА,

Тннографія П. П. Рябушияскаїо, Страстной бульваръ₅ собств, домъ,

1913.

Жертвуйте на памятникъ Шевченку въ Кіеві

Пожертвованія привимаются въ редакцій ДКРАИНСКОЙ ЖИЗНИ*

СОДЕРЖАНІЕ.

Стр_в

I. Украинцы и Австрія. Лроф. Ѳ. Е. Кориш.. . . . . 5

II. Воспомиеанія (Продолженіе). Б. С Познанскаго , 10

III. Русскій имперіализмъ и украинство. Дм. Донцова» . 27

IV. Шевченко п украинекое обіцѳетво 60-хъ годовъ,

С. Ф. PycoeoŁ 35

V. Е. Брюлловъ п Шевченко. К, Ш. , . 54

VI. О будущемъ украинсхсой архитектуры. Я, Г. Филян-

скаго. ......<..« , . 60

VII. Подзезѵшая Украйна, /-/ Я. Стеллецкаго. . . . . , 70

ѴШ. Украинцы и поляки (Программа анкеты). . . . . 82

IX. Влагородный освѣдомнтелі» (С, Н. Щеголевъ.
„Украинекое движеніе, какъ современнык этапъ
южно-русскаго сепаратизме). С. А, Ефремова. . 85
X. На Украйнѣ и внѣ ея.—За мѣеяцъ.—-Слова и дѣла
россійскихъ с.-д.—Въ обществѣ любителей изуче»
нія Кубанской области. 99

XI. Библіографія.—І Нечуй Левицкій Криве дзеркало

украіньскіі слова. С. Е—мовъ.-~~Ілюстрована Україна
С. Петлюри.—„ Наша Кооперація". В, Садовска™
20.—„Новая Жизнь" Дм. Дощова. ...... 105

XII. Литературная лѣтопись,—Книги, поступившій въ

редакцію .................. . 114

ХНІ. Объявленія

ОТЪ РЕДАКЦІЙ.

Оставшіеся въ ограначенномъ количе-
ствѣ комплекты „ Украинской Мазни"
за 1912 годъ (кромѣ январской u февраль-
скойкнигъ) можно выписывать изъ конто-
ри журнала по слѣдующей цѣнѣ: для под-
писчиковъ „ Украинской Жизни"—2рубля
u для постороннихъ лицъ—3 рубля безъ
пересилки. За пересилку уплачивается' въ
предѣлахъ Европейской Pocciu—50 коп,,
за предѣлами ея— 1 рубль.

Украинцы и Австрія¹).

Мы, великороссы, должны денно и нощно благодарить
Бога за то, что состоимъ всѣ, за единственнымъ исключе-
ніемъ эмигрантовъ, членами одного и того же государства,
такъ какъ мы избавлены этимъ по крайней мѣрѣ отъ той
непріятности, чтобы лояльность одной части наш ero племени
могла быть поставлена въ вину другой части., принадле-
жащей къ другому государству. Но такое выгодное поло-
женіе обязываетъ насъ не только къ благодарности, а и
къ пониманію щекотливости положенія народовъ, которые
такъ или иначе подверглись раздѣлу между двумя или
тремя державами. A вѣдь положеніе этихъ народові., осо-

¹) Эта статья является здѣсь, лишь съ незначительными измѣненіями
въ томъ видѣ, въ какомъ она мѣсяца два тому назадъ была написана для
номѣщенія въ одной изъ московскихъ газетъ. Однако оказалось, что для нея
нѣтъ мѣста ни въ одной изъ нихъ, но не потому, чтобы она протинорѣчила
духу и направленію всей нашей ежедневной печати, а исключительно вслѣд-
ствіе тѣхъ своеобразныхъ отношеній, которыя установились у насъ между
различными теченіями политической мысли, особенно въ вопросахъ націо-
нальныхъ. Націонализмъ намъ нечуждъ, какъ и всѣмъ сколько-нибудь созна-
тельнымъ народамъ, нототъ націонализмъ, который наиболѣе распространенъ
между нами вслѣдствіе своей общедостугшой элементарности и нѣкоторыхъ
внѣшнихъ поощреній, отличается рѣзкимъ и въ то же время страннымъ пар-
тійнымъ характеромъ, какъ-то соединяющимъ крайній великорусскій фана-
тизмъ съ участіемъ многихъ лицъ не великорусскаго и даже не русскаго
нроисхожденія. Однимъ изъ прискорбныхъ послѣдствій наличнос.тн такого
націонализма, не чисто націонал ьнаго, но не признающаго цругихъ націока-
дизмовъ, является то, что даже чистѣйшіе великороссы, однако признающіе
право и другихъ народностей Россійскаго государства, относятся боязливо
ко всему, на основаній чего ихъ было бы можно заподозрѣть въ сочувствіи
этому патентованному націонализму, и мнительность въ этомъ направленій
доводитъ ихъ иногда почти до полнаго воздержанія отъ прикосновенности
къ вопросу о національностяхъ. Такова причина, по которой предлагаемая
здѣсь съ большимъ опозданіемъ статья, хотя была уже набрана въ двухъ
газетахъ, не могла появиться ни въ надлежащемъ мѣстѣ, ни въ надлежащее
время. Если она тѣмъ не менѣе выплываетъ теперь на свѣтъ Божій, то это
потому, что предметъ ея самъ по себѣ, гюмимо полемики съ г. Л. Волковымъ,
не только не сошелъ съ очереди, а еіце можетъ обратить иа себя несрав-
ненно большее вниманіе, чѣмъ то, которымъ онъ пользуетст со стороны на-
шихъ присяжныхъ и добровольныхъ политиковъ. .Ѳ. К.

6

УЕРАИНСКАЯ ЖИЗНЬ.

№ 2

бенно при нѣкоторой натянутости отношеній между поз-
лившими ихъ государствами, можно назвать трагическимъ
въ полноъй смыслѣ слова, такъ какъ здѣсь н.а-лицо и тра-
гическій конфликтъ: съ одной стороны національное чув-
ство соединяетъ ихъ нерасторжимыми узами, съ другой—
гражданскій долгъ вмѣняетъ въ обязанность усвоеніе себѣ
интересовъ тѣхъ державъ, въ составъ которыхъ они вхо-
дять. Трагичность положеній еще обостряется въ томъ
случаѣ, если одинъ и тотъ же народъ поставлень въ
одномъ государствѣ лучше, нежели въ другихъ, какъ по-
ляки и, за послѣднее время, украинцы въ Австріи (но не
въ Венгріи). Что касается поляковъ, то ихъ „инородче-
ство" у насъ не подвергается сомнѣнію, а потому не такъ
ужъ возмущаетъ насъ и ихъ „австрофильство" (совершенно
понятное, но и сильно преувеличенное — отчасти, можетъ
быть, чѣмъ-то въ родѣ упрековъ совѣсти). Но положеніе
украинцевъ у насъ еще того хуже, потому что въ на-
шихъ глазахъ они—„ни мышенокъ, ни лягушка'⁴, однако
и то, и другое вмѣстѣ: мышь они, правда, не простая, а
летучая, которую люди, не свѣдущіе въ зоологіи, причис-
ляютъ то къ звѣрямъ, то къ птицамъ; а что на лягушку-то
они смахиваютъ, такъ это вѣрно; какъ не приравнять къ
амфибіи того, кто корову такъ и называетъ коровой, a вотъ
утку—ужь по-польски: „качка"? Потому ихъ и офиціально
относятъ то къ „инородцамъ⁴*, то къ „русскимъ", смотря по
тому, какія ихъ права подлежатъ разсмотрѣнію: вообще ли
національныя или только школьныя—«евозбранная возмож-
носгь употребленія „мѣстнаго" языка въ преподаваніи. A къ
„русскимъ" можно ихъ причислять, сколько угодно, потому
что, какъ доказалъ ихъ же историкъ, профессоръ М. С. Гру-
шевскій, Русью и називалась первоначально только ны~
нѣшняя Украйна, да и теперь они сами себя и поляки ихъ
называютъ русскими. Такъ же зовуть себя и слывутъ у по-
ляковъ бѣлоруссы. Словомъ, весь тотъ отдѣлъ славянскихъ
плеиенъ, который въ наукѣ называется восточнымъ, носить
одно имя—„Русь", въ противоположность отдѣламъ запад-
ному и южному, развѣтвленія которыхъ означаются осо»
быми названіями.

Единство названія цѣлыхъ трехъ племенъ — да вѣдь
это залогъ братскаго единенія и счастья всѣхъ трехъ! Ка~

УКРАИНЦЫ И АВСТРІЯ.

7

изъ трехъ восточно-славянскихъ племеиъ: всякій называю-
щійся русскимъ долженъ быть великороссомъ. Мало того:
по мнѣнію приверженцевъ „великорусской идеи^; , онъ и
есть въ сущности великороссъ, потому что, хотя бы
и назывался малороссомъ, ничѣмъ не отличается отъ вели-
коросса и въ силу своего тождества съ нимъ не имѣетъ
ничего общаго съ „украинцемъ". Правда, такое разсужденіе
не высказывается никакими націоналістами прямо, но оно
несомнѣнно лежитъ въ основѣ, напримѣръ, такого заявле-
нія, заключающаго собою статью г. Л. Волкова „Австрія
и украинцы". въ № 299-„Московскихъ Вѣдомостей": „Австрій-
ская власть... преслѣдуетъ тѣхъ галицкихъ малороссовъ,
которымъ совѣсть не позволяетъ отрекаться отъ своей род-
ной народности". Отъ какой такой „родной народности"?
Очевидно, отъ малорусской. Въ пользу какой иной народ-
ности? нѣмецкой? полъской? Нѣтъ. ,украинской", Но вѣдь
украинцами называютъ себя малороссы же. Стало быть» тѣ
галицкіе малороссы, „которымъ совѣсть и т. д/^:, я не вы-
нуждаются^никѣмъ отрекаться отъ малорусской народности,
A въ дѣйствительности дѣло обстоитъ такъ, что тѣ со-
вѣстливые галицкіе малороссы, которыхъ прикровенно ра-
зумѣетъ г. Л, Волковъ, отрекаются отъ своей „родной",
т.-е, малорусской или украинской, народности въ пользу
чуждой имъ великорусской; это партія такъ-называемыхъ
москвофиловъ, возникшая въ гѣ времена, когда австрійскіе
„русскіе", т.-е. малороссы или украинцы, въ политическомъ
отношеніи не пользовались почти никакими правами, a въ
культурномъ должны были всецѣло подчиняться нѣмцамъ,
полякамъ или великороссамъ. Вотъ этотъ-то національно»
культурный пережитокъ наши націоналисты и выдаютъ за
подлинныхъ русскихъ въ Австріи, а всю ту часть галицко-
русской интеллигенціи, которая въ основу своей культуры
полагаетъ свою въ самомъ дѣлѣ „родную народность'⁴ и, до-
рожа дарованными ей въ Австріи правами, не тяготѣетъ къ
Россіи, обзываютъ мазепинцами, т.-е. какъ-будто измѣнни-
ками Россіи. Тѣмъ чаще эта кличка примѣняется кое-кѣмъ
изъ насъ къ нашимъ украинскимъ націоналистамъ. По мнѣ-
нію (или по словамъ) г. Л. Волкова, украинство и въ Россіи
„создано и вырощено австрійскою политикой". Такь ли зто
или не такъ, зависитъ отъ того, что мьт будемъ оазѵмѣть

8

УКРАИНСКАЯ ЖИВНЬ.

JM 2

ское издѣліе, а возникло у насъ почти одновременно съ
великорусскимъ „народничествомъ" и даже въ нѣкоторой
связи съ нимъ, такъ какъ „украинцы"—поголовно демо-
крата. Въ Австрію украинство перекинулось во второй по-
ловинѣ 60-хъ годовъ прошлаго вѣка, когда преслѣдоваыя,
воздвигнутыя у насъ на все украинекое, заставили нашихъ
украинцевъ искать убѣжища для своей національно-куль-
турной дѣятельности гдѣ-нибудь за предѣлами родного
края. Такимъ образомъ, украинство, не только въ Россіи,
а и въ Австріи, єсть произведеніе вполнѣ русское, отчасти
даже государственно-россійское. Что оно пригодилось ав-
стрійскому правительству въ его борьбѣ съ поляками и съ
россійскимъ вліяніемъ, это вполнѣ естественно; ко въ такомъ
прискорбномъ оборотѣ благопріятнаго намъ процесса ви-
новаты мы сами со своимъ узкимъ, подозрительнымъ госу-
дарственнымъ націонализмомъ. Лишь крайняя политическая
подозрительность могла внушить г. Л. Волкову слѣ-
дующее бездоказательное соображеніе: „Судя по при-
мѣрамъ прошлаго и зная тактику руководителей „укра-
инцевъ", можно быть увѣреннымъ, что ими заклю-
чены секретныя соглашенія съ австрійскими полити-
ками". A каковы эти примѣры и что это за тактика, пред-
полагается какъ бы извѣстнымъ читателю, который однако
едва ли что знаетъ объ этомъ дѣлѣ и потому долженъ вѣ-
рить автору на-слово. Далѣе ставится уже вопросъ о цѣнѣ,
какою „мазепинцы окончательно запродали себя Австріи".
Но гдѣ же хоть что-либо похожее на фактъ этой запро-
дажи? Все одни подозрѣнія, для обоснованія которыхъ
приходится вылавливать данныя изъ весьма сомнительныхъ
источниковъ. Но вѣдь изъ источниковъ такого разбора,
только съ австрійской стороны, легко добыть свѣдѣнія о
россійскихъ агентахъ въ Галиціи, ведущихъ между тамош-
нимъ малорусскимъ крестьянствомъ посредствомъ обмановъ
и подкуповъ дѣятельную пропаганду великороссійской идеи
и православія. Иное дѣло обмѣнъ мыслей между россійски-
ми и австрійскими украинцами: это—явленіе безусловно
естественное, и, если оно оказывается не всегда благопріят-
нымъ для насъ, въ этомъ виновата все та же наша внутрен-
няя національная политика; а повернуть эти сношенія въ
нашу пользу зависитъ отъ насъ. За это и теперь можно ру-
чаться, тѣмъ болѣе, что, судя по слухамъ, идущимъ изъ
Галиціи, тамъ возникаетъ новая партія, отнюдь не москво-

УКРАИНЦЫ И АВСТРІЯ

фильская, но тѣмъ не менѣе проповѣдующая не отторженіе
россійской Украины къ Австріи, а присоединеніе Гали цій къ
россійской Украинѣ, гдѣ украинцевъ разъ въ шесть больше,
чѣмъ въ Австріи.

Теперь мы находимся, можетъ быть, наканунѣ войны
съ Австріей; каково же при этомъ положеніе поляковъ и
украинцевъ, которымъ предстоитъ, чего добраго, рѣзаться
со своими братьями? И вотъ въ эту-то поистинѣ трагиче-
сную минуту г. Л. Волковъ приглашаеть „русскихъ украин-
цевъ^и торжественно протестовать противъ заявленій га-
лицкаго украинца Цегельскаго, который въ „Neue Freie
Presse ^u отъ лица украинскаго партійнаго съѣзда оповѣ-
стилъ, кому вѣдать надлежитъ, что въ случаѣ войны не
только австрійскіе, но и россійскіе украинцы стануть на
сторону Австріи! А почему Цегельскій вслѣдъ за тѣмъ вь
той же газетѣ поясниль, что его заявленіе не касается рос-
сійскихъ украинцевъ? Откуда это внезапное публичное при-
знаніе своихъ единомышленниковъ политическими Хлеста-
ковыми? Это могло произойти только вслѣдствіе настойчи-
ваго протеста со стороны россійскихь украинцевъ. Но г Л.
Волковъ требуетъ, чтобы этотъ протестъ былъ обнародо-
ванъ во всеобщее свѣдѣніе. Легко сказать! А каково нашимь
украинцамъ собственноручно вырыть пропасть между со-
бою и той самой частью того же нар ода, у которой въ годы
безпощадныхъ гоненій они нашли пристанище для своихь
духовныхъ потребностей и которой сами они своими мис-
лями, знаніями и деньгами помогли подняться на значи-
тельную національно-культурную высоту, составляюі.цую
предметъ ихъ тщетныхъ воздыханій?

Прекратимъ эти воздыханія не обычнымъ пріемомъ за-
жатія ртовъ, a удовлетвореніемъ законныхъ желаній нашихъ
украинцевъ—и тогда, только тогда мы получимъ право на
требованіе, чтобы они громогласно протестовали противъ
малѣйшаго намека на возможность ихъ симпатій къ чужому
государству. Но тогда они выступять съ такимъ протестомь
и безъ нашего требованія.

Ѳ. Коршь.

Воепоминанія

(Продолженіе ^г).

Еше съ шестого класса въ моемъ, нашемъ міросозерца-
ніи маячилъ впереди восхищавшій насъ типъ-студентъ. На

святкахъ, на каникѵлахъ еіали появляться у насъ пріѣзжіе
и проѣзжіе студенты. Трудно теперь обрисовать этотъ до-
рогой для насъ типъ того ловкаго, удалого юноши въ
сюртукѣ съ синимъ воротникомъ, въ фуражкѣ съ такимъ
же синимъ околышемъ. Это не былъ студентъ временъ
пледа, высокихъ ботфортовъ и широкополой шляпы, вѣчно
диспутующій, загадочный, вскормленный на духовномъ
млекѣ Бѣлинскаго, Добролюбова, Писарева, все отрицаю-
щій, тургенево-базаровскій нигилистъ, какъ равно не былъ
и нынѣшнимъ всѣми заподазрѣваемымъ, крайнє озабочи-
вающимъ полицію и инспекцію со стороны своей неблаго-
намѣренности, типомъ сѣрой тужурки, исполосанной казац-
кою нагайкой, хорошо ознакомленнымъ съ режимомъ
тюрьмы и въ своемъ эволюціонированіи дошедшимъ до
карьеризма, подсказывающаго ему поднесеніе иконъ геае-
раламъ. Нѣть, нашъ излюбленный типъ былъ юношей без-
условно честнымъ, всѣми любимымъ, ловкимъ, удалымъ,
просвѣщеннымъ, на все хорошее отзывчивымъ и, главное,
полнымъ вѣры въ самого себя до полнѣйшаго отстраненія
даже мысли о карьерѣ, о практическихъ результатахъ сво-
его ученія. Даже присущность студенту временъ Бибикова
желанной послѣднимъ наклонности къ разгулу и къ пьян-
ству не затмевали въ нашихъ глазахъ этого идеализируе-
маго нами милаго образа (Ниже мнѣ придется говорить
объ этихъ кутежахъ и разгулѣ, а теперь я только скажу, что
эта поощряемая Бибиковымъ наклонность ради отвлеченія
всякой политики студентовъ далеко не ко всѣмъ привилась
и не всѣхъ увлекла). ,

При переходѣ нашемъ изъ шестого въ седьмой классъ
гимназіи въ Кіевѣ случилась цѣлая исторія, еще болѣе
обрисовывающая удаль студентовъ того времени, Это была

^г) См. „Укр. Жизнь^, янзарь 1913 г.

J$ 2 Воспоминашя Б, С, ііознанскаго. 11

расправа съ полковникомъ Бринкеномъ, Исторія эта запе-
чатлѣлась въ моей памяти какъ изъ разсказовъ о ней въ
публикѣ, такъ и нзъ разсказовъ, слышанныхъ отъ самихъ
дѣйствующихъ лицъ, и затѣмъ изъ описаній ея въ одной
эпопеѣ, изложенной библейскимъ слогомъ на польскомъ
языкѣ, „Бриекіады" (Brinkiada). Я забылъ фамклію автора.
Дѣло было такъ.

На Страстной недѣлѣ 1857 года заучившійся студентъ-
медикъ Ѵ-ro курса Яроцкій прогуливался по одной изъ
улицъ Липокъ (медики Ѵ-го курса обыкновенно пересе-
лялись съ Новаго Строєній—этого гнѣзда студенческихъ
квартиръ—на Печерскъ, откуда имъ было ближе къ госпрі-
талю, гдѣ сосредоточивалось ихъ ученіе). Во время про-
хожденія Яроцкаго по улицѣ Липокъ изъ одного парад-
наго подъѣзда вышелъ подъ-руку съ женою полковникъ
Бринкенъ (зять какого-то высокопоставленнаге дица). Бѣ-
жавшая за этимъ супружествомъ собаченка взъѣлась на
Яроцкаго и стала рвать ero за полу шинели., Собачка, от-
брошенная сильнымъ ударомъ ноги, завизжала, барыня за-
вопила, a полковникъ Бринкенъ, оставивъ жену, накинулся
на тщедушнаго Яроцкаго съ бранью, съ угрожающими
жестами и подбѣжавшимъ по его оклику слугамъ велѣлъ
отвести Яроцкаго въ полицейскій участокъ Въ полиціи,
разумѣется, не нашли въ постункѣ Яроцкаго предосуди-
тельнаго и записали его фамилію и по его требованію
самый случай со словъ швейцара и еще другого слуги
Бринкена, отпустили его Товарищи Яроцкаго--студенты
обратились къ генералъ-губернатору князю Васильчикову
съ жалобой. Кн. Васильчиковъ. добрый. умный старикъ, no-
нялъ всю неприглядность поступка Бринкена и поручилъ
старшему полицеймейстеру уладить это дѣло, уговорить
Бринкена извиниться передъ Яроцкимъ, но Бринкенъ на-
отрѣзъ отказался отъ всякаго извиненія „передъ мальчиш-
ками", которымъ, между прочимъ, стало извѣстно, что онъ,
Бринкенъ, сейчасъ же послѣ праздниковъ Па'схи, къ конну
Проводной недѣли долженъ выѣхать изъ Кіева на постъ гу-
бернатора въ одну изъ остзейскихъ губерній, На Святой не»
дѣлѣ студенты собирательно повторили свою жалобу и, ко-
гда увидѣли, что власти стараются замять дѣло, очевидно,
разсчитывая на скорый отъѣздъ Бринкена, порѣшили сами
съ нимъ расправиться, Сейчасъ же былъ устроеыъ тщатель-
кый надзоръ за нимъ. Узнали, что онъ во вторникъ на Про»

12

УКРАИНСКЛЯ жизнь.

М 2

водной недѣлѣ будетъ въ театрѣ. Студентовъ было немного
въ Кіевѣ, не успѣли еще съѣхаться всѣ разъѣзжавшіеся
на праздникъ; по подсчету выходило не болѣе 300 человѣкъ
(необходимо припомнить, что въ то время не уѣзжали цѣ-
лыми вагонами, какъ теперь, а что ѣхать по весенней рас-
путицѣ не всѣ могли). Условлено было, что кто можетъ,
будутъ въ театрѣ, a остальные явятся въ указанное время
къ театру и по оклику у подъѣзда: „извозчикъ номеръ пер-
вый" войдутъ въ фойэ театра. Къ концу спектакля по усло-
вленному сигналу студенты наполнили фойэ, полиція была
поприжата толпою къ стѣнамъ, и выходившаго полковника
Бринкена студентъ Сьонгайло со словами „наказывается пол-
ковникъ Бринкенъ за оскорбленіе чести студентовъ" силь-
нымъ ударомъ кулака сбилъ съ ногъ; не дали ему выхватить
изъ кармана пистолета. Произошла кулачная расправа: всѣ,
кто только могъ, ударили неечастнаго полковника. Хоть од-
нимъ пальцемъ, а всякій ткнулъ ero,—разсказывали,—и сей-
часъ же разбѣжались. Полиціи не удалось ни одного изъ сту-
дентовъ задержать. Прискакали жандармы, рота пѣхоты,
но все это уже въ пустой слѣдъ.

Но нѣсколько человѣкъ отправились въ Англійскую
гостиницу на Крещатикѣ ужинать и тамъ были арестованы
полиціей.

Началось дѣло. Правительство, разумѣется, не могло
оставить безъ преслѣдованія такого публичнаго буйства.
Появились извѣстія обо всемъ этомъ въ газетахъ. Въ „Ко-
локолѣ" описана вся эта исторія. Сочувствіе общества было
на сторонѣ студентовъ. Разслѣдованія дотянулись до августа,
и кончилось тѣмъ, что только Сьонгайла, какъ казеннокошт-
на го студента, перевели въ Казань, Государь Александръ
Николаевичъ, посѣтивъ университетъ въ августѣ 1857 года,
сказалъ: „Шалости одного лица могутъ быть прощаемы, но
шалости массы—никогда". Этимъ и ограничился покойный
добрый Государь.

Эта исторія Бринкена еще выше подняла въ нашихъ
глазахъ престижъ студента. Мы завидовали нашимъ окон-
чившимъ гимназію товарищамъ, поступившимъ въ уни-
верситетъ..

Припомни себя въ ту пору твоей жизни, припомни тѣ
порыванія наши въ университетъ, къ чему-то новому для
наеъ, дорогому, желанному, и ты не будешь нуждаться въ
моей характеристик того времени нашей юности.

ВОСПОМИНАНШ В. С. Познанскаго.

13

Университетъ кіевскій былъ если не совсѣмъ, то въ
громадномъ большинствѣ переполненъ поляками, кромѣ
нашихъ украинскихъ, волыняковъ и подольскихъ еще лит-
винами и „коронярами", т.-е. изъ Царства Польскаго (ko-
roniare )—короны. Вѣдь это, если не считать одесскаго ли-
цея и гори-горецкаго агрономическаго института. един-
ственное высшее учебное заведеніе въ той части Россіи.
Заднѣпрянская молодежь, малороссы, частью отвлекались
въ харьковскій университетъ, но были и у насъ. Студеиты
родомъ изъ трехъ юго-западныхъ губерній, губ. литов-
скихъ—Минской, Гродненской—и изъ Царства. Польскаго
давали окраску всему университету.. Господствующимъ язы-
комъ былъ языкъ польскій. организація студенческихъ
кружковъ была только польская, такъ какъ остальные нли
по своей малочисленности, или по какимъ-нибудь инымъ
причинамъ не составляли кружковъ и жили вразбродъ,
Бибиковъ, говорять, поощрялъ нравственную распущен-
ность студентовъ, полагая, что это отвлекало ихь отъ гся-
кой политики, и я засталъ кіевскій университетъ при Ре-
биндерѣ сь Могилянскимъ й Юзефовичемъ, и при мнѣ
явился славной памяти Пироговъ, при мнѣ же повѣяло
чѣмь-то новымъ, гуманнымъ.

Удаль и разгулъ студенчества, доходившіе въ биби-
ковскія времена до разрушенія цѣлаго дома терпимости
(на Андреевскомъ спускѣ—заведеніе Камбалы) и, наконецъ,
завершившіеся Бринкіадою, вызвали реакцію: явилось co-
знаніе потребности другихъ формъ студенческой жизни. и.
какь всякая реакція, этотъ новый режимъ доходилъ до
крайностей. Реакціонеры эти названы были п у р и с т а м и,
каковое названіе уже само собою указываеть на сущіюсть
этого вѣянія. Разгулу противоставлялось крайнєє воздер-
жаніе въ пищѣ, полнѣйшее устраненіе пьянства, цѣломуд-
ренность и возможная скромность въ костюмѣ. Послѣднее
доведено было до того, что многіе надѣли изь сѣраго с ол
датскаго сукна штаны и изь такого же чернаго сукна сюр-
туки. Буйству противоставлялась вѣжливость и скромность,
Главарями и проповѣдниками пуризма были Антоновичь
(Владиміръ Бонифатіевичъ), окончившій къ тому времени
медицинскій факультеть вь угоду требовавшему этого
своєму отцу и перешедшій на историко-филологическій,
и Загурскій, скоро какь-то удалившійся изь Кіева. Да и
вообще пуризмь какь-то недолго продолжался вь универ»

ситетѣ, хотя послѣдствіемъ его долго оставалось пренебре-
жительное отаошеніе къ студентамъ-франтамъ—т ы ф л е в-
ц a м ъ (тыфель—такъ назывался толстый драпъ, изъ ко-
тораго богатые панычи шили себѣ студенческіе сюртуки—
даже особаго покроя—съ буфами на плечахъ, высокою
пригнанной таліей и длинными полами; тыфлевецъ (ryfło-
wiec) было равносильно бѣлоподкладочнику настоящаго
времени) и возможное избѣганіе франтовства. Коричневое
какого-то грязнаго цвѣта пальто Антоновича, кажется, до
окончанія имъ всего курса, и вѣчная обтрепанность покой-
наго Ѳаддея Рыльскаго долго оставались какъ слѣды пу-
ристическаго отношенія къ внѣшней формѣ жизни. Пола-
таю, что пуризмъ повліялъ и на наше того времени упо-
добанье свитки и вообще простонароднаго костюма, но
только отчасти, такъ какъ это наше уподобанье имѣло и
другія болѣе существенныя причины, о чемъ ниже будетъ
мною сказано.

Почти одновременно съ пуризмомъ появилась у насъ
мысль объ организаціи кружковъ. Это были тѣ же земля-
чества. Кружки такіе називались гминами (гміні) и соста-
влялись изъ студентовъ одной гимназіи. Такъ, были
гмины: кіевская (обѣихъ кіевскихъ гимназій), житомірская,
немировская, бѣлоцерковская, минская... Представители-
студенты, которыхъ было изъ какой-либо гимназіи очень
немного—одинъ, два три человѣка,—примыкали по своєму
выбору къ какой-либо установившейся гминѣ. Такъ, Анто-
новича одинъ только изъ одесской гимназіи. примкнулъ
къ бѣлоцерковской гминѣ. Особую гмину составляли коро-
няры.

Гмины эти имѣли сначала чисто земляческій характеръ,
представляли собою группы студентовъ-земляковъ одной
гимназіи, скупчившихся ради взаимной нравственной и ма-
теріальной поддержки, причемъ, разумѣется, само собою
явился извѣстнаго рода взаимный контроль товарищескій
надъ поведеніемъ отдѣльныхъ лицъ. Хотя, какъ всякая
польская ассоціація того времени, гмины эти не могли от-
речься отъ традиціоннаго, присущаго каждому поляку, на-
ціонально-политическаго настроенія, но въ гминахъ это
настроеніе ничѣмъ особеннымъ не проявлялось, Какъ жид-
кости слабы тономъ своей краски въ малыхъ количествахъ
и даютъ сгущенный, яркій отцвѣтъ въ болѣе толстыхъ сло-
яхъ, такъ, полагаю, и люди одномастные въ своихъ вѣрѣ

и обычаяхъ, разобщенные, будуть въ меньшей стел єни про-
являть свои особенности національныя, чѣмъ въ большихъ
скопленіяхъ этихъ единицъ, дающихъ уже густой гонъ на-
ціональной окраскѣ. Такъ было и въ данномъ случаѣ въ
гминахъ. Имѣя въ основѣ только потребность товарищеской
взаимности, гмины были по названію уже своєму и по лич-
ному ихъ составу ассоціаціями польскими съ присущей
всему польскому политико-національной окраской.

Я особенно остановился на з той организаціи для того,
чтобы припомнить тебѣ, мой друже, то, какъ эти гмины
впослѣдствіи стали основой политической организаціи поль
екаго возстанія.

Вначалѣ же гмина озабочивалась товарищескою взаимо
помощью, собиралась въ опредѣленныя мѣста, судили-ря-
дили о своихъ дѣлахъ и даже устроили было общую сто-
ловую, которая не долго просуществовала вслѣдствіе не
умѣлости распорядителей и уничтоженія основного фонда,.
доставлять каковой взялъ было на себя богатый панычъ
Моргулецъ, взятый изъ университета внезапно появившимся
отцомъ.

Между студентами были панычи-помѣщики, снабженные
изъ дому прислугою, болыиею частыо подростками-маль-
чиками. Надумались было учить этихъ мальчиковъ, и сего
ради устроена была особая школа, гдѣ обучались грамотѣ
дѣти, крѣпостные тогда еще слуги, добровольцами-студеіь
тами. Долженъ припомнить тебѣ, что эта школа была
устроена раньше того, какъ стали открываться воскресныя
школы. Въ школу эту, не. особенно большую численнымъ-
составомъ, скоро стали опредѣлять и не крѣпостнь хъ маль-
чиковъ-слугъ; она, эта школа, не переставала существозать
и послѣ освобожденія крестьянъ и ухода гминниковъ въ
польское возстаніе, a слѣдовательно и послѣ уничтоженія
гминъ. Ты, можетъ |)ыть, вспомнишь, какъ покойная Вар-
вара Ивановна Антоновичъ изображала собою заботливую
насѣдку съ этою школою, упрямо поддерживала дѣло шко-
лы до тѣхъ поръ, пока личный составъ ея самъ собою не
разрушился, достигши чуть не совершеннолѣтія. Удаленный
изъ милой родины, я мало могу сказать о дадькѣйшей
судьбѣ нѣсколькихъ человѣкъ изъ этой школки, которыхъ
уже не поляки, сошедшіе съ поля дѣятельности послѣ не-
удавшагося возстанія, а наши, украинцы, знаю, поддержи-
вали въ жизни.

УКРАИНСКАЯ ЖИЗНЬ.

№ I

Какъ это я уже сказалъ, гмины продержались недолго и

називались кнейпами (кнейпа — по-нѣмецки кабачки.
Такъ у дерптскихъ студентовъ називались излюбленныя
пивныя). У насъ этимъ названіемъ обозначалось вообще
собраніе гмины или гминъ. Приглашеніе на к и е й п у озна
чало приглашеніе прибить въ собраніе. Основа землячества
скоро замѣнилась основою политнческою, о чемъ будетъ
разсказано своевременно.

Но такъ или иначе, и эта земляческая організація съю-
чивала молодежь, вызывала потребность собраній, преній,
выдвигала Епередъ тѣхъ или другихъ изъ своей среды, вы-
рабатывала общее мнѣніе, общіе устои жизни студентовъ,
опредѣляла общія цѣли стремленій. Въ средѣ студентовъ-
поляковъ,—a таковыхъ было большинство въ кіевскомъ уни-
верситетѣ,—зтимъ организаціоннымъ строемъ поддержива*
лись польскія національныя традицій и, разумѣется, упова-
нія на тему „jeszcse Роівка nie zginęła" etc.

Общія всей Россіи вѣянія конца 50-хъ годовъ и начала
60-хъ не могли обминуть и польскую молодежь того вре-
мени, но въ то время вѣянія эти не могли въ средѣ этой
же молодежи не быть окрашены мѣстными красками поль-
скости. Общеимперское осужденіе крѣпостного права само
собою вполнѣ раздѣлялось и передовими поляками, а та-
ковыми, несомнѣнно, была учащаяся молодежь съ ея, мо-
жетъ быть, пересаливаніемъ, но тѣмъ не менѣе чисто гу-
маннымъ настроеніемъ, Поколѣніе старшее не могло отрѣ-
шиться отъ выгодности въ матеріальномъ смыслѣ рабо-
владѣльчества и, само собою, всѣ эти толки объ общечело-
вѣческой равноправности, о предполагаемой эмансипаціи
крестьянъ встрѣтило недружелюбно и въ отстаиваніи ра-
бовладѣльчества—были случаи—виходило изъ границъ де-
батированія и рѣшались на не совсѣмъ благовидные (спо-
соби) искать защиты отъ своихъ же дѣтей у мѣстной адми-
нистраціи.

Молодежь того времени почти поголовно составляла
передовую, либеральную часть общества, какъ равно отцы
этой молодежи,—не дѣды зтихъ, а непосредственно старшее
поколѣніе,—стояли за принципи помѣщичьей власти и очень
тупо подавались новымъ вѣяніямъ. Я долженъ при этомъ
припомнить, что среди польскаго, a слѣдовательно шляхеї-
скаго общества и въ прежнія времена появлялся либера-
лизмъ по отношенію общественнаго строя и осужденіе

№ 2

ВОСПОМИНАНІЯ Б, С. Познанскаго.

17

рабовладѣльческихъ принциповъ. На это намъ указываетъ
осмѣиваніе шляхты въ „Брѵкованыхъ Вѣдомостяхъ" (Den
butos chamos-swinos-kabanos-obderyskuros). Ретроградовъ
начала 60-хъ годовъ въ средѣ шляхетско-польской моло-
дежи называли общимъ именемъ мошрадзѣи (мосци-
добродзѣю—сокращено въ рѣчи такъ, какъ сокращается
милостивый государь, че-екъ и т. п.).

Литература польская того времени вся Оы іа на сто
ронѣ новыхъ вѣяній, и въ романахъ, повѣстяѵь, п )эмахъ и
драматическихъ произведеніяхъ выявлялисі сим іаііи къ
угнетенному рабу и осужденіе ero владѣльиа Е- ь .оотвѣт-
ствіе клички мошрадзѣй появилась кличка есѢхь тступни-
ковъ народа х л о п о м а н а м и. Хотя, собственнп п в^ря, эта
кличка присваивалась болѣе тѣсной группѣ м<«л«»де ки. Мош-
радзѣемъ былъ каждый помѣщикъ консерваіиЕчаго на-
правленія,—хлопоманами называли неболы юі. спѵжокъ
крайнихъ демократовъ и заступниковъ народиы>ъ ьѵ> такъ
какъ у насъ на мѣстѣ, въ Кіевѣ, такъ и во все - - *.апад-
номъ краѣ почти только полякъ былъ паном* , л ѵкрак-
нецъ-малороссъ былъ исключительнымъ хлопочь 10, по-
нятно, мошрадзѣями были исключительно ПОТЯЇ И, 'I хлопо-
маны должны были рано или поздно сдѣлатьс? хохлома-
нами, хохлофилами. И такъ бы оно к было. -сш бы есте-
ственному ходу развитія этой идеи не помѣіча; о -тольское
возстаніе 1863 года_? черною тучею съ окраской і ооваваго
зарева покрывшее собою все духовно-нравственное движе-
ніе польской интеллигенціи.

Украинофильство въ средѣ мѣстныхъ поляковъ стало
уже давно проявляться въ ощущаемыхъ и видимыхъ фор
махъ жизненнаго строя и, разумѣется, въ литературѣ. Укра-
инофильство это было польское, да вѣдь оно и не могло
быть инымъ. Несомнѣнно, что эта любовь къ бытовымъ
формамъ украинской жизни у поляковъ современныхъ и
даже у поляковъ 40—50 годовъ была остаткомъ любви къ
своєму родному старорусскому, теряемому по мѣрѣ опо-
ляченія русиновъ. Ритуалъ обыденной жизни, какъ резуль-
татъ мѣстныхъ условій быта₅ не такъ легко поддавался
измѣненію. Русинъ-украинецъ, ставши полякомъ, по
принятіи навязанной ему уній и католичества, a вмѣстѣ съ
тѣмъ и языка, не могъ сразу усвоить себѣ всѣ пріемы обы-
денной жизни поляковъ и сохранилъ даже до послѣдняго
времени своє старое—старорусское. Несмотря на то, что

2

18

УКРАИНСКАЯ ЖИЗНЬ.

№ 2

Иваненко, Бугай, Хмель, Ярмоленко, Ярышъ по принятіи
католицизма и по пріобщеніи ихъ къ современной польской
культурѣ стали Ивановскими, Бугаевскими, Хмѣлевскими,
Ярмолинскими, Ярошинскими и т. д_<? все таки продолжали
ѣсть борщъ, лемишку, вареники, варить кутыо и узваръ на
Богатый вечеръ, названими вююзіей, зажаривать къ Пасхѣ
поросенка съ хрѣномъ въ зубахъ, замѣняющаго ^baran-
ka". Такъ же, какъ и прежде, цѣловались, христосуйсь, и
на привѣтствіе «Христосъ воскресе!» украинца-хлопа отвѣ-
чали „Воистину воскресе" по-украински. потому что вь
польской рѣчи нѣтъ подходящаго отвѣта Такъ же, какъ и
въ старину, усматривали въ извѣстныхъ созвѣздіяхъ на
своемъ родномъ небѣ, оставшемся неополяченнымъ, подо-
бі е „воза", „квочки з курчатами" и такъ же орали землю
круторогымы воламы, косили степъ (какого не было въ
Польшѣ). Такъ же олицетворяли удаль, проворство въ типѣ
украинскаго козака, такъ же, какъ и ихъ далекіе предки вь
отдаленной Варшавѣ или Парижѣ, тосковали по Украинѣ,
ея бѣлыхъ хатахь въ тѣни вишневыхъ садовъ, по ея голу-
бому небу и задушевнымъ мотивамъ пѣсень.

Всего этого, мною сказаннаго, думаю, не стануть опро-
рергать поляки вообще, а какь на подтзержденіе всего
этого я укажу на цѣлый цикль литературныхъ произведеній,
назову писателей-поляковы Вицентій Поль, Богданъ Залѣс-
скій, Чайковскій, Крашевскій, Томасъ, Ежъ, даже Сыро-
комля, Ма; ьчевскій... (Нужно поименовать самыя сочине-
нія) ^г). Что же можно сказать про эти всѣ произведенія?
Что они полны любви къ Украинѣ? Несомнѣнно, что любовь
эта была своекорыстная, что поляки-паны или ополячениый
русинъ-панъ любили въ Украинѣ свой добробытъ, въ укра-
инцѣ—своего раба. Но до извѣстной зпохи любовь сь
такимь оттѣнкомъ къ крестьянину, къ народу, была одина-
ково присуща какъ рабовладѣльцу-поляку, такъ и своєму
же помѣщику, малороссу, такъ и помѣстному барину цен-
тр a льной Россіи.

Ho хлопоманъ начала 60-хъ годовъ, студентъ кіевскаго
университета, былъ совершенно чуждъ этой своекорыстно-
сти, а, напротивъ, его любовь къ народу—къ украинцу—
ссорила его съ ближайшими родными. подвергала его
гоненію не только властей предержащихъ но и всѣхъ ком-

^г) Примѣчаніе автора.

J€ 2 Воспоминлшя Б, С. ІІознанскаго. 19

патріотовъ-единомышленниковъ. Не надвинься на Украйну

эта подлинная напасть, польское возстаніе 1863 года, со
всѣми его послѣдствіями, отъ которыхъ ничуть не поздоро-
вилось развитію украинскаго націонализма, можетъ быть,
мы имѣли бы не одного Рыльскаго съ его яснымъ пони-
маніемъ духа народнаго, съ его безграничной любовью къ
Украинѣ. Въ числѣ погибшихъ въ зтомъ возстаніи хлопо-
мановъ я могъ бы указать на одного изъ нихъ, полнаго
такой же любви къ Украинѣ и с пособчости ^егзавѣтгі;
отдаваться идейному дѣлу, увлекик" іг: ні - -\о'
возстаніе.

Вотъ въ этомъ нарушеніи правильне ю ѵ\і\ \ іс чвеннаг»*
развитія исторической жизни Украины :і заклю^я*. гсі нричч
на моего недружелюбнаго отношенія къ потьском\ в ^зстатю
на Украинѣ, увлекшему много мси>т ѵ >р^ших*ь чі-іариш*.й
въ эту пагубу, вызваннуго непониманіеу- ■ і р^{птт 1} '
національнаго склада Украины у вожг-ков^ /<^і > т: чЬ-

Помню, мнѣ пришлось читать въ хлчоі* рз'- ѵноги vi
циркулирующихъ между поляками ~~^г^ ru *

шюркѣ—чуть ли не въ гювстанскомь ютехизизѣ тач* ч <
рода наставленіе Мѣрославскаго (оазумѣется. ;о .р. иял "б-
щій смыслъ, я не въ состояніи цитировать дословно». . Пар-
тію хлопомановъ-малороссовъ, coc tyi) каѵь извѣстяс
изъ недовольныхъ мѣстныхъ мелкихъ чиновниковъ, слѣ-
дуетъ имѣть въ виду и направить ихъ дѣятельность на гѵ
(лѣвую) сторону Днѣпра'\

Мерзавецъ, ровно ничего не понимаюідій и въ то же
время полный апломба въ своей рѣшительности!

Да, друже мой! Я, горькими слезами счлакаг iv :\ а ть
многихъ хорошихъ молодыхъ людей, МГЖТѴ /ѵ / • Ор "^f
были мои искренне любимые друзья, имѣю право і осыл.гг*
такое ругательство по адресу эксцитаторовъ Р) . . . ^г/
этого пагубнаго возстанія. Не будь зтого возсталія, у насъ
былъ бы, повторяю, не одинъ Рыльскій!

Приступаю къ дальнѣйшему разсказу о времени, когда
на насъ, студентовъ, молодежь, надвигалась зта черная
хмара, это возстаніе.

Въ 1859—60 годахъ какъ-то особенно много нахлынуло
въ нашъ кіевскій университетъ и вообще Кіевскую губернію
молодежи кзъ Царства Польскаго. Въ университетѣ это

¹} ППОПѴСКЬ ВЪ ПѴКОІІИСИ.

20

УКРАЙПСКАЯ жизнь.

№ 2

были студенты „koroniarzy ^и, которые прежде обучались въ
Москвѣ и Петербургѣ, а теперь нахлынули къ намъ; вообще
въ польской средѣ это—агрономы и фабричные техники изъ
огопу", изъ Царства Польскаго, изъ Галиціи. Мы не
особенно благоволили къ этимъ полякамъ. Нельзя было
не сознаться, что „koroniary ^и были развитѣе нашихъ поля-
ковъ. Не говоря уже о языкѣ, отмѣнномъ отъ польской
рѣчи нашихъ поляковъ, они говорили лощенымъ варшав-
скимъ языкомъ и уже вполнѣ корректурно (po prawnie), HO
и такъ въ общихъ пріемахъ жизни короняры были вполнѣ
горожанами, европейцами, между тѣмъ какъ наши украин-
скіе, волынскіе и подольскіе поляки и въ рѣчи, и въ оби-
ходѣ еще не совсѣмъ отрѣшились отъ своего оставленнаго
ими, но не отстающаго отъ нихъ русинизма и отсвѣчивали
селомъ съ его упрощенными формами жизни. Короняры
были какъ-то эгоистичнѣе, суше, черствѣе нашихъ поля-
кові Притомъ всѣ они отличались столичнымъ лоскомъ
и франтовствомъ, чего далеко нельзя было сказать про
нашихъ, особенно во Бремена пуризма. Короняръ тратилъ
послѣдиюю копѣйку на то, чтобы пріодѣтымъ въ тыфль-
овскій сюртукъ, съ искусно вырѣзанными воротничками (то-
гда еще не было въ продажѣ бумажныхъ воротничковъ и
манжетъ) и въ перчаткахъ появиться въ партерѣ театра, на
гуляньи и т. п. Они какъ-то изворачивались въ своихъ бюд-
жетныхъ дѣлахъ, закладывали, что можно, выкупали, опятъ
закладывали. Карманные часы у нихъ такъ и називались:
„закладъ". „Который часъ на твоемъ закладѣ?"—обычная
и между ними вполнѣ понятная фраза. Ho такіе фраяты
при невозможности устроиться по своєму вкусу способны
были на разнаго рода неблаговидные поступки. Въ то время
мы знали ихъ—эти ихъ фокусы, доходившіе до дѣяній, трак-
туемыхъ Уложеніемъ о наказаніяхъ. Немало между ними
просвѣчивало того, что послѣ стало називаться „червон-
ными валетами". Очень можетъ быть, что въ глуши Велько-
польской или въ трущобѣ Мазовецкой, въ к.-нГКуявахъ или
Сендзѣвищахъ пребывали въ то время такіе же, какъ и у
касъ, почтенные типы пановъ-помѣщиковъ мошрадзѣевъ, но
эти валеты, къ намъ прибывшіе короняры, были далеко не
снмпатичны. Это я высказьіваю не только моя личное мнѣ-
ніе, но такъ же смотрѣло на нихъ и большинетво моихъ
товарищей. Полагаю, что домогательство въ древности ста-
рыхъ русиновъ вмѣстѣ съ литвинами, соединившихся съ

2 Воспоминанія Б. С. Познанскаго. 21

Польшею, о томъ, чтобы при переѣздѣ территоріальной
границы польскіе короли не брали съ собою чиновныхъ
поляковъ, имѣло, кромѣ политическихъ основаній, сще и
тѣ особенности коренныхъ поляковъ, какія и намь ороси-
лись въ глаза въ современныхъ намъ типахъ поляковъ-ко-
ронярей. Вѣдь вотъ же мы съ литвинами ладили и уважали
этихъ диковатыхъ, но всегда прямыхъ и честныхъ потом-
ковъ Вейстута и Лездейка, или огилянской шляхты, носи-
вшей на одной ногѣ сапогъ со шпорой въ знакъ готовности
служить въ конной дружинѣ князя, а на другой лапоть, какъ
эмблему пѣхотной службы. Чванство и хвастовство при-
сущи были не только современнымъ коронярамъ, ко эти
недостатки, можно сказать, наці ональные, подмѣчаются еще
въ типахъ польскихъ, рисуемыхъ Яномъ Хризостомомъ Пас-
комъ (Pamiętniki Jana Chryzostoma Paska) въ его хроникѣ
временъ XVI и начала ХѴТі столѣтій. Оказывается, что и
тогда отмѣнено было чванство поляковъ-коронярей, просто-
душность литвиновъ и ихъ взаимный антагонизмъ.

Прости мнѣ, друже, всѣ эти пространныя отступленія, но
я считаю ихъ необходимыми для полноты припоминаемой
мною Тебѣ картины, фона, на которомъ придется ретуширо-
вать вызываемыя въ памяти из ображені я.

Этотъ наплывъ коронярей, какъ я уже сказалъ, въ нашъ
Кіевскій край и осо б енно въ университетъ начался съ
1859 г.

На одной общестуденческой сходкѣ особенно зто стало
замѣтно. Случилось такъ; садовники университетскаго бота-
ническаго сада, замѣтивъ пропажу цвѣточныхъ плошекъ въ
саду, стали слѣдить и убѣдились, что цвѣты воруетъ сту-
дентъ: проходить мимо одѣтый въ длинную шинель, схва-
титъ и унесетъ. Главный садовникъ приказалъ задержать
вора и отнять похищенное, Сторожа-садовники такъ и сдѣ-
лали: у калитки сада остановили вора-студента и отобрали
отъ него двѣ плошки съ цвѣтами, которыя оігь несъ подъ
шинелью.

Въ зтомъ изобличеніи кражи, задержаніи и отнятіи по-
хищеннаго публично, въ присутствіи гулявшихъ въ саду,
многіе изъ студентовъ усмотрѣли оскорбленіе чести мун-
дира, и, несмотря на то, что было много иначе смотрѣвшихъ
на зто воровство, нѣкоему Ти ту Далькевичу удалось собратъ
цѣлую толпу фуксовъ (такъ називались студентіт-новички
первыхъ курсовъ. Футурусъ, фуксъ, альтеръ фуксъ, буршъ

22

УКРАИНСКАЯ ЖИЗНЬ.

и альтеръ буршъ—клички, взятыя изъ нѣмецкихъ универси-
тетсвъ), отправился съ ними въ ботаническій садъ и тамъ
настоялъ на томъ, что три садовника взаимно себя высѣкли.

Дѣло было передано почему-то (кажется, по желанію
Н. І Пирогова) на судъ самихъ студемтовъ, и Далькевичъ
былъ по рѣшенію студентовъ исключенъ на годъ изъ уни-
верситета (Этого Тита Далькевича придется тебѣ, друже, еще
разъ встрѣтить въ этихъ моихъ воспоминашяхъ, По-польски
его звали Tytus, Товарищи во вниманіе къ его сумасброд.
ству весьма удачно передѣлали его имя на Typhus (тифъ).
Въ самомъ дѣлѣ, это былъ какой-то сумасшедшій человѣкъ,
старавшійся изо всѣхъ силъ быть оригинальнымъ, замѣт-
нымъ. Онъ немало причинился къ вызову обличеній кіез»
скихъ студентовъ въ демагогичной пропагандѣ. На сход-
ках ъ по поводу этой дикой расправы съ садовниками (вы-
званной отчасти памятью бринкенской исторіи) короняры
особенно снисходительно относились къ этому Тыфусу, к
только благодаря ихъ настояніямъ его исключили изъ уни-
верситета на годъ, а не навсегда, Совсѣмъ иначе они отнес-
лись къ тому же Тыфусу годъ спустя, когда его обвиняли
въ ультра-демагогической пропагандѣ (Но объ этомъ послѣ,
чтсбы не прерывать послѣдовательности разсказа). Гми-
намъ, собственно говоря, дѣлать было нечего. Добываніе
во5;можныхъ средствъ для вспомоществованія мало или ни-
чего не имущихъ товариіцей ограиичивалось устроеніемъ
любительскихъ спектаклей (что почему-то попало исключи-
тельно въ руки коронярей) и не было дѣломъ, могущимъ
удозлетворить жажду къ публицистикѣ по взаимовозбужде-
нік Обученіе студентскихъ мальчиковъ не могло дать ра-
боту всѣмъ; попытки создать свою столовую сначала какъ-то
не удавались, а когда въ 1860 году столовая и устроилась, то
скоро сама собою прекратила своє существованіе вслѣдствіе,
какь я уже сказалъ выше, увоза изъ Кіева главнаго содержа-
телч этой столовой, студента Моргулеца его отцомъ. Но
жизнь шла своимъ чередомъ, и люди всегда найдуть, куда
дѣвать избытокъ силъ своихъ. Пѣшеходное путешествіе
компаній студентовъ, въ числѣ которыхъ были Владиміръ
Бонифатьевичъ Антоновичъ и Ѳаддей Розеславовичъ Рыль-
скій, лѣтомъ въ 1859 году потревожило на молодежь взи-
рающихъ мошрадзѣевъ, и они начали распускать самые
нелѣпые слухи объ этихъ путешественникахъ. Во-первыхъ,
въ этой экспедиціи- была усмотрѣна исключителькая за-

2 Воспоминашя Б. С. Познанскаго. 23

дача—демагогическая пропаганда. \1 Л пі u.., », лліумка:
можно ли было вести какую бы *-и б^ , ні п анду
4 — 5 человѣкамъ, путешествующимі і_ «ьжь ь_? за-

пряженной одной лошадью и іонєє ін , крч-кмщим-
ся, всегда готовымъ предъявнть свои ычды л ии.н^ і і о пу-
тешественники эти казались опасчымч " ч . ■ > ід іѣямъ,
встревоженнымъ носившимся слухом 1 « Л Б V по

ТОМУ СаМОМу, ЧТО есЛИ ОНИ_; путеШСС "В^ННПКТ V НТЧ' му не

научать и никому ничего не внушатг а ти искрсщивая
Украйну въ разныхъ направленіяхъ, ooliuld s« j op ъ ny~
тешествіи съ народомъ, они мно^го ко. -ч<т і , ѵ с іілхали и
узнали, не совсѣмъ лестнаго для мошрадзі ег і м али о
томъ, что крѣпостническіе пріемы ран ен.г папогъ и ихъ
ржондзъ и экономовъ еъ,„хлопами" далекі не ^ -ки на
тѣ, какими ихъ изображаютъ мошрг дзЬи, к >ря:т т ружно
современнымъ вѣяніямъ. И они, мо ш пал зі и н- мідюбили
зтихъ нескромныхъ спознавателєй ихъ жизни, ихъ отноше-
ній къ своимъ тогда. еще подданнымъ, слѣдили за ними и
всякое самомалѣйшее отступленіе отъ принятыхъ нормъ
обыденной жизни истолковывали въ желанномъ имъ смыс-
лѣ. Изъ этого выходило, что студенты-„хлопоманы" пред-
приняли это путешествіе съ цѣлью пропагандирозатъ воз-
станіе крестьянъ противу своихъ помѣщиковъ. Всякія о ста-
новки путешественниковъ для отдыха у какого-нибудь пруда
гдѣ можно было развести огонекъ и сварить дорожную
кашу, и всякій разговоръ съ подошедшими къ костерку
крестьянами сейчасъ вызывалъ самое тщательное разслѣ-
дованіе того, о чемъ говорили, что разспрашивали и что
проповѣдывали.

Толки про это путешествіе и про отношенія къ нему
гг. мошрадзѣевъ давали много темъ для дебатовъ и обсу-
жденій положенія сельской помѣщичьей и крестьянской
жизни, и, разумѣется, наши симпатій всегда дожились на
сторону угнетаемыхъ, а не угнетателей. Въ средѣ студен-
ческой были извѣстны дѣянія мошрадзѣевъ уже по тому
самому, что въ Кіевѣ были студенты изъ различныхъ мѣст-
ностей, и всѣ эти дѣянія обсуждались, осуждались и таким ь
образомъ оглашались. Устанавливалось обществекное мнѣ-
ніе, каковое хотя-не-хотя было гтротиву мошрадзѣевъ и за
угнетаемыхъ, с о гласно вѣянію* Мошрадзѣю пришле сь оправ-
дываться, хотя и неискренно но заявлять себя чуждымъ
угнетенія крестьянъ. Я помню, какъ одинъ мошоадзѣй.

24

УКРАИНСКЛЯ жизнъ.

отецъ моихъ товарищей, мнѣ лично говорилъ, что у него
крестьянамъ живется хорошо, такъ какъ онъ ихъ не угне-
таетъ, а, напротивъ, всегда помогаетъ и заботится объ ихъ
добробытѣ, что съ этой стороны безъ страха предстанетъ
на Судъ праведный и что, если и водятся за нимъ какіе
грѣхи, то они должны быть ему извиняемы въ виду бо-
лѣзни его жены, лишающей ее возможности дѣлить съ
нимъ брачное ложе... „U mnie jeśli i ją grzechy to tylko dziur-
ko \va we" (Если и єсть за ми ой грѣхи, то только дыря-
в ы е). Въ послѣднемъ словѣ заключался грязнаго свойства
екнвокъ, свидѣтельствующій о панской распущенности.

При случаяхъ паны хвалились передъ молодежью своими
хорошими отношеніями къ своимъ крестьянамъ и заявляли
себя ихъ покровителями и друзьями, далеко не противни-
ками освобожденія ихъ, хотя многіе говорили:

— Ихъ (крестьянъ) скачала слѣдовало образовать (?)_т
а тогда уже дать волю.

Уже самыя эти оправданія свидѣтельствовали о томъ,
что общественное мнѣніе польско-шляхетскаго общества
было за освобожденіе крестьянъ, о чемъ уже вездѣ погова-
ривали. За крестьянъ ратовало молодое поколѣніе въ лицѣ
студентовъ и въ то время стояла литература, какъ пред-
ставительница новыхъ вѣяній.. Въ сочиненіяхъ лередовыхъ
того времени писателей, не говоря уже про Вильконьскаго,
яркія сатиры котораго въ ero „RamolyoVamatki^:' (?) (непе-
реводимыя (не разобрано), выраженія—чіо-то въ родѣ де-
щы-ця) бичевали помѣщичью власть и сословное выдѣле-
ніе, исключительно сатирическій юмористическій журналъ
Woliu Żarty язвили всячески рабовладѣльцевъ и ихъ аген-
те зъ ржондзъ и экономовъ, но и въ повѣстяхъ кульмини-
рующаго тогда Крашевскаго, Корженевскаго, въ поэтиче-
кихъ произведеніяхъ Кондратовича (Syrokmly), ядови-
тыхъ повѣстяхъ Томаша Ежа, въ драмахъ и операхъ—вездѣ
осуждался старый строй, бичевалось рабовладѣльчество во-
обще.

Нужно было имѣть много гражданскаго мужества, илн
быть малоразвитымъ человѣкомъ, чтобы сдѣлать то, что
сдѣлали отцы двухъ нашихъ товарищей, Моргулецъ и Рыль-
скій. Первый лично явился въ Кіевъ и забралъ изъ универ-
сктета сына, другой поданнымъ на имя генералъ-губерна-
тора прошеніемъ просилъ обратить вниманіе на зловредную
ттпопягянттѵ еына (покойнаго Ѳаддея Рыльскаго) и дѣлой

Ш 2 Восдоминашя Б. С Познанскаго. 25

компаній студент о въ и удалить его, своего сына (sic), куда-
ыибудь въ ссылку изъ Кіева.

Эти демонстративныя выходки, разумѣется, были осу-
ждаемы большинствомъ мѣстнаго шляхетскаго ианскаго об-
щества, но тѣмъ не менѣе вызвали сочувствіе у тѣхъ, KTO
неохотно поддался было уже обідему въ то время настрое-
нію. Результатні этого сказались въ появлеши въ средѣ по-
нѣщиковъ самыхъ невѣроятныхъ разсказовъ о демагоги-
ческой дѣятельности студенто въ-„хлопом ано въ". главою ko-
to рыхъ называли Антоновича, Владиміра Бонифатьевича.
По зтимъ сплетнямъ выходило, что въ средѣ студегітовъ
имѣется строго организованный кружокъ, систематически
ведущій пропаганду между крестьяками, крайняя цѣль ка-
ковой пропаганды есть поголовкое истребленіе пановъ.
Вспоминая это чуть не полстолѣтія уже минувшее время,.
удивляється нелѣпости всего этого измышлекія. Вырѣзать
всѣхъ пановъ—вотъ конечная цѣль пропаганды воображае-
маго кружка. Что должно быть результатомъ этого пого-
ловнаго истребленія, какой строй общественной жизни'дол-
женъ установиться послѣ зтого истребленія? Кого именно
слѣдуетъ зачесть въ число намѣченныхъ къ уничтоженію?
Какъ будетъ относиться правительство къ этому факту? Все
это вопросы, которые сами собою возникаютъ при оглядкѣ
на то прошлое. Но тогда ничего такого не обсуждалосы
имѣлись въ виду только давно минувшія возстанія Украины
и, очевидно, сознаніе за собою такихъ рабовладѣльческихъ
квалификацій, которыя по справедливости заслуживаотъ и
мигли вызвать такое возмездіе.

А между прочимъ несмотря на нелѣпость, сплетки этк
не унимались и вызвали даже объясненіе губернскаго пред-
водителя дворянства Хорвата съ гене р а л ъ - губ ери аі о р о мъ
княземъ Васильчиковымъ.

По самымъ тщательнымъ разслѣдованіямъ правительство
убѣдилось, что никакой такой демагогической организаціи
не существуетъ, a имѣется на-лицо группа молодежи, излю-
бившая малорусскій народъ и его бытъ, рг.. оргагизація
польская патріотическая, имѣющая прочную связь съ ни-
когда не уничтожавшеюся организаціею въ Царствѣ I Іоль-
скомъ.

Наплывъ коронярей въ Шевщину былъ, какъ сказалось,
не только результатомъ пробудившейся жажды молодежи
къ просвѣщекію и недостаткомъ высшихъ учебны хіу заве-

26

УКРАИНСКАЯ ЖИЗНЬ.

деній въ Царствѣ Польскомъ, а также необходимостью
подъема сельскохозяйственной культуры, для чего потребо
валось много агрономовъ и техниковъ, Нѣтъ! Очевидно,
землевладѣльческое общество Царства Польскаго, во главѣ
котораго стоялъ знаменитый графъ Андрей Замойскій, об-
ратило своє вниманіе на ,,край забраный". и на наличность
въ этомъ краѣ польскаго элемента, который предполагалось
использовать въ исподволь подготовляемомъ возстаніи, и
направило къ намъ въ Украйну возможное количество моло-
дежи—и въ университетъ, и въ крупныя имѣнія польскихъ
магнатовъ, гдѣ они находили занятія и въ высшей куль
туры сельскомъ хозяйствѣ, и фабрикахъ сахарныхъ по
всему краю, въ мануфактурныхъ въ Таганчѣ, Славутѣ н
другихъ, _f,

Б, С* Познанскій.
(Продолженіе въ слѣд. ннижнѣ).

Руеекій имперіадизмъ и украинетво.

Теперь уже ясно, что русскій либера-
лизмъ гораздо національнѣе и. если живое
отстаиваніе національкаго быта во нсей ero
полнотѣ мы условимся называть націонализ-
момъ гораздо націона листичнѣе реакцій.

/7. Струве ('_sPairioiica^u),

Программа современнаго украинства нуждается вь пе~
ресмотрѣ. Каждый годъ, каждый мѣсяцъ русской полити-
ческой жизни дѣлаетъ такой пересмотръ все болѣе настоя-
тельнымъ и необходимымъ. Конечно, ни отъ какой про-
граммы нельзя желать, чтобы она была, по словамь іроф.
Погодина, выраженіемъ „дѣйствительныхъ требсвіній
массъ", потому что, въ такомъ случаѣ, русскимъ либера-
ламъ, пришлось бы, напр., выбросить изъ своей программы
требованіе всеобщаго обязательнаго обученія, Поэтому, го-
воря о пересмотрѣ программы приходится имѣть въ виду
не лриниженіе ея до хаотическаго національнаго сознанія
широкихъ украинскихъ массъ, a нѣчто совсѣмъ иное. %
врядъ ли ошибусь, если скажу, что еще co временъ Дра-
гоманова и до сихъ поръ главная и самая важная часть
иолитической программы украинства совершенно і :о впа-
дала съ программою оусскаго освободительнаго движенія.
Настолько совпадала, что даже Драгомановъ старался
облечь украинскія національныя требованія въ общерос-
сійскій мундиръ, совѣтуя, напр., бороться за автономію
„на почвѣ не національной ¹), а государственно-администра-
тивной".

Вѣра украинца въ русское освободительное движеніе
была еще сильнѣе, пожалуй, чѣмъ у некрасовскаго му-
жика въ своего барина:

„Вотъ пріѣдетъ баринъ,

„Баринъ насъ разсудитъ".—-
говорилъ некрасовскій мужикъ. „Получите конституцію, а
остальное приложится", — утѣшали и утѣшаютъ украин-
цевъ русскіе, и долгое время противъ этого собственно

^х) См. „Чудацькі думки про українську національну справу*. Львів,
1892 (стр. 253).

28 укРАіінскАЯ жизнь. № 2

возражать не приходилось.. Теперь, правда, пока еще спу-
танную по рукамъ и ногамъ, съ задернутымъ вуалью ли-
цомъ,—но мы уже видимъ ее, мы уже можемъ различить
черты грядущей, новой Россіи, мы ужіе слышимъ ея еще
неувѣренные шаги.

Кое-что объ этой ,,прекрасной незяакомкѣ" мнѣ при-
■ділось говоритъ въ № 5-мъ „Укр. Жизни" за прошлый годъ,
Въ настоящей статьѣ я хочу сказанное дополнить. И хочу
(встановиться надъ явленіемъ, которому, быть-можетъ, при-
дется заполнить еще не одну главу русской исторіи. Имѣю
въ виду имперіалистическій либерализмъ, блеснувшій та-
кимъ яркимъ фейерверкомъ въ только-что минувшемъ
году.

Громкіе апплодисменты оппозиціи, привѣтствовавшей въ
Цумѣ слова премьера, пугавшаго ,,интернаціональными
осложненіями" тѣ державы. которыя посмѣютъ выступить
:о своими ,,второстепенными интересами" на Балкаиахъ,
заявленіе депутата Госуд. Думы г. Маклакова, что онъ „не
боится войны", хотя и не желаетъ ея, наконецъ, хвалеб-
ный тонъ в с е й либерально-оппозиціонной прессы, обсу-
ждавшей слова декларацій о внѣшней политикѣ»—недву-
смысленно вскрыли имперіалистическія тенденцій русскаго
либерализма. Если бы у кого-нибудь и послѣ этого оста-
лось сомнѣніе относительно подобныхъ тенденцій, тотъ
густь прочитаетъ статьи г. Цорошевича, писавшаго въ „Рус-
скомъ Словѣ⁴⁴ цѣлые акаѳисты ,,Богу войны", тотъ пусть
прочитаетъ ,,Утро Россііг\ объявлявшее, что ,,духъ сла-
вянства, a съ нимъ вмѣстѣ и русскій духъ—за войну!" ^х).
Если бы и этого показалось мало, то стоитъ лишь вспо-
мнить подозрительное и упорное молчаніе либеральной
прессы о русской политикѣ въ Персіи, Монголіи и въ осо-

¹) Справедливое замѣчаніе о наличности въ русскомъ либералязмѣ до"
вольно сильнаго имперіалистскаго тече ні я авторъ, къ сожалѣнію, подкрѣ
пляетъ иллюстраціями, не лишенными спорности. Ни за одной изъ назван»
ныхъ имъ газетъ нельзя, конечно, признать руководящаго значеній и даже
постоянства мнѣній; отношеніе же думской оппозиціи къ извѣстному мѣсту
декларацій, имѣвшему, безъ сомнѣкія, въ виду Австрію и ея попытки лишить
Сербію нѣкоторыхъ плодовъ войны, едва ли можно поставить въ прямую
связь съ имперіалистическими вожделѣніями русскихъ націоналъ-либераловъ.
Къ слову сказать, и международный націоналистическій конгрессъ въ Базелѣ
призналъ, что соціалисты Австріи должны продолжать оппозицію прогивъ
стремленія дунайской монархій напасть на Сербію („R Б.", XII, стр. 246).

Ред.

№ 2

РУССКІЙ ИМПЕРІАЛИЗМЪ И УКРАИНСТВО."

29

бенности въ турецкой Арменіи, Политика капиталистиче-
ской (и притомъ не всегда мирной) экспанзіи становится
политикой русскаго либерализма, причемъ послѣ столкно-
венія съ Японіей и разложенія Турціи цѣль этой голи-
тики опять переносится на Ближній Востокъ, Въ настоя-
щій моментъ „западную цивилизацію" на Балканахъ г.ред-
ставляетъ Австрія (и отчасти Италія), позтому кн. Бис-
маркъ, собственно говоря, повторялъ лишь извѣстную
мысль Маркса, утверждая, что „дорога Россіи въ Константи-
нополь лежитъ черезъ Вѣну'\ Подобныя же идеи пропо-
вѣдывалъ одинъ изъ піонеровъ панславизма, ген, Г. Фа-
дѣевъ, еще въ 60-хъ годахъ минувшаго столѣтія. Тетерь
онѣ стали азбукой неославистовъ,—я хочу сказать: н а-
сто ящихъ неославистовъ, а не дилеттантовъ въ родѣ
д-ра Крамаржа. При такомъ пониманіи задачъ внѣшней
политики „славянская солидарыость^и совершенно есте-
ственно стала главнымъ козыремъ воинствующаго нацюна-
лизма.

,,Братья-славяне^и стали внезапно въ центрѣ вниманія
почти всего русскаго общества, пророкъ „великой Россіи"
началъ писать о „скрѣпленіи естественной связи съ сла-
вянствомъ вообще и съ западнымъ въ частности" , Рус-
ское Слово" выкапываетъ изъ забвенія старый прозктъ
ген. Скобелева, рекомендующаго воевать съ Австріей не
полками, а политической національной славянской пропа-
ганд ой. Задачи внѣшней полктики на-время объединили
противоположные полюсы русской общественной жизни,
связавъ прочнымъ „альянсомъ" вчерашнихъ политическихъ
противниковъ. Дебютъ новыхъ союзниковъ мы видѣли въ
1908 году. Нѣкоторыя разногласія, наступившій позже
между членами труппьт удалось впослѣдствіи примирить
г. Сазонову, и, какъ мы могли убѣдиться въ послѣдніе мѣ-
сяцы, міру и согласію въ средѣ новыхъ союзниковъ ничто
почти уже не угрожаетъ.

Какое же значеніе имѣетъ все это для украинцевъ?
Очень большое.

Передъ Россіей лежатъ двѣ дороги, если она хочетъ
преслѣдовать, въ цѣляхъ ослабленія своего конкуррента на
Ближнемъ Востокѣ, ,.славянскую политику". Для ^ого,
чтобы эта политика имѣла хоть какіе-нибудь осязательные
результаты, мало представлять себя славянскою державою

ЗО УКРАИНСКАЯ ЖИЗНЬ. № 2

pro foro externo. Необходимо радикальное измѣненіе основ-
ныхъ принциповъ внутренней національний политики, Наи~
ближайшими объектами славянской политики, симпатій ко
торыхъ желательно было бы имѣть за собою русскимъ
имперіалистамъ всякихъ направленій, - являются австрій-
скіе украинцы и поляки, Первою дорогою для пріобрѣ-
тенія ихъ симпатій было бы полное равноправіе всѣхъ
населяющихъ Россійскую имперію національностей, а зна-
чить и украинцевь. Однако, именно послѣдняя возмож-
ность и является нѣсколько проблематической. Проф. По-
годинъ въ послѣдней книжкѣ „Укр. ЖЛзаявилъ, что ему
,, дорого національн o_t единство русскаго народа^к,
Еще дороже оно для г. Струве и для „Утра Россіи", потому
что для политики имг.егч їлизма, любящаго прикрывать
свои интересы интересами націй, наиболѣе у д об-
н ой ф о р м о й го сударства является наці о-
н альное государство. Уже это обстоятельствп
заставляеть многихъ русскихъ имперіалистовъ, хотя бы и
либеральнаго толка, съ нѣкоторою недоброжелательностью
смотрѣть на попытки — хотя бы только въ культурномъ
отношеніи—,,расколоть русскій народъ". Еще другое сооб-
раженіе препятствуетъ русскому націоналъ-либерализму по-
ставить во всей ero широтѣ украинскій вопросъ въ Россіи
(а только такая постановка этого вопроса могла бы со-
здать изь Россіи притягательный центръ для болѣе взы-
схательныхъ въ національномъ отношеніи галицкихъ укра-
инцевъ). Казалось бы, что удовлетвореніе минимальныхъ
желаній украинцевь въ Россіи—единственный способъ из
бавиться отъ иногда довольно неудобной украинской оппо-
зиціи неославянскому движенію. Однако вступить на этотъ
путь русскимъ либераламъ значить порвать с ъ п р а-
в ы м и э л е м е н т a м и в ъ н е о с л а в и з м ѣ, т,-е., дру-
гими словами, отказаться отъ активнаго участія въ между-
народиой политикѣ. На это гг. Милюковы не пойдутъ.
Они скорѣе „условятся" считать украинцевь несуществую-
іцей націей, чѣмъ расторгнуть сок5зъ съ гр. Бобринскимъ,
**то они и доказали на пражскомъ съѣздѣ пять лѣтъ тому
назадъ. Просто психологнчески невозможно брататься за
границей съ Дудалевичами и поддерживать ихъ враговь у
себя дома. Если кадеты начнуть дѣятельно поддер-
живать русскихъ украинцевь, то какъ они будуть „цѣло-
ваться" вь Прагѣ съ Глибовіцкими, какъ „единственными

РУССКІЙ ИМПЕРІАЛИЗМЪ И УКРАИНСТВа.

31

представителями" галицко-украинскаго нар ода? Дгойная
игра, навѣркое, оказалась бы мало полезною кадетазѵ ь, а уси-
дѣть между двумя стульями имъ такъ же мало удалогь бы,
не компрометтируя себя, какъ и гадицкимь поля-
камъ. Рѣшительно же стать на сторону украинцев это
значить сказать adieu и октябристами и прав >п . и,
какъ увидимь ниже, полякамь. Кь тому же такому шагу
помѣшало бы традиціонное недовѣріе либераловъ къ силѣ
украинскаго движенія.

Они еще слишкомь мало вѣрять въ украинекое дви-
женіе, чтобы стараться привлечь его на свою сторону. Не,-
обходимость союза съ правыми элементами неославизма
отнюдь не исчезнетъ даже и вь либеральной Россіи, Тонъ
вь украинской политикѣ всегда будуть задавать даже не
кадеты, a скорѣе лѣвые октябриста, близкіе кь графу Боб-
ринскому. Ихь воля, ихь взі і'їдь; ні ѵкраинскій в*" .ярось
будутьmassgelend какт в< ььі ччіі'"' ^тякі \ цо внѵ^тт >снней
политикѣ. Такь же, какъ л 'чи«ь, кадетм, тонимые не-
обходимостью итти съ нимі* t - ѵ в- • ч'<r:v чаг іанич-
ной „славянской политикт \ . чіал\ і ь и в<" вн лі енней
украинской политикѣ вь зави сим ость оть нихъ.

Я забылъ сказать еще обь одномъ важномъ, третьемъ
моментѣ, опредѣляющемъ отношеніе русскихъ имперіа-
листовъ кь украинцамъ, Это—поляки, Мнѣ приходилось
уже говорить въ „Укр, Жизни" о тенденціяхъ, замѣчаемыхъ
въ русскомъ обществѣ, къ соглашенію съ поляками. Эти
стремленія можно смѣло назвать господствующими во
всѣхъ вліятельныхъ и ..дѣлающихъ политику" кругахъ
русскаго общества. О необходимости русско-польскаго со-
глашенія пишетъ „Русская Молва^;і, г, Столыпинъ въ „Нов,
Вр.^а, Баянъ въ „Русскомъ Словѣ", г. Вергунъ въ „Голосѣ
Москвы",. Кашкаровъ въ „Утрѣ Россіи", о немъ пишуть г.
Струве, Евреиновъ, писалъ ген. Скобелевъ. Необходимость
привлеченія симпатій поляковъ—въ цѣляхъ успѣшности
внѣшней политики Россіи—стала положктельно общимъ
мѣстомъ въ русскомъ обществѣ. А такое „привлеченіе сим-
патій поляковъ", въ особенности галицкихъ, совер-
ш енно немыслимо п р и поддержкѣ ук раин-
скаго движенія. Вѣдь если поляки и йдуть на услуги гг.
неославистамъ, то только лишь постольку, поскольку новое
движеніе несетъ имъ помощь съ одной стороны противъ
Пруссіи, съ другой—противъ ,,прусской интриги"--украин-

32

УКРАИНСКАЯ ЖИЗНЬ.

№ 2

скаго движенія. Поддерживая украинство. Россія оттолкну-
ла бы отъ себя галицкихъ вшехполяковъ и подоляковъ и
потеряла бы всякую аттракціонную силу для іюльской Га-
лиціи. Эта послѣдняя причина увеличиваетъ собою число
остальныхъ, препятствующихъ русскимъ либеральнымъ
имперіалистамъ безусловно стать на сторону украинцевъ:
поляки представляюся имъ гораздо болѣе цѣннымъ об-
ективомъ славянской политики

Такимъ образомъ, три причины, обусловливаемыя им-
II е ріал і і стич е скими тенденціями русскаго либерализма: не-
обходимость національна го государства, поддержки
правыхъ имперіалистическихъ элементовъ и заграничныхъ
поляковъ вызываетъ индифферентное, если не враждебное,
отношеніе къ украинцамь русскаго націоналъ-либерализма.
Вотъ чѣмъ грозенъ для насъ либеральный русскій импе-
ріализмъ, высоко поднявшій свою голову въ послѣднія
пять—шесть лѣтъ!

Вообще послѣдніе годы, когда русскій либерализмъ
выступилъ въ качествѣ активной силы на гюлитическую
арену, принесли Украинѣ много разочарованій. Лѣтомъ ми-
нувшаго года г. Меньшиковъ открылъ довольно трагиче-
скіе гороскопы передъ Россіею, если она „не проявить ка-
кого-нябудь еще неслыханнаго искусства власти" надъ по-
коренными ею народами („Нов. Вр.^и_? 4/ИІ).

Я не вѣрю въ астрологію, ни въ гороскопы, но я ду-
маю, что врядъ ли либералыіая Россія можетъ думать о
блестяіцемъ будущемъ, если въ своей національной поли-
тий начнетъ съ того, что уже показало свою практиче-
скую непригодность въ Австріи: съ политики подраздѣ-
ленія націй на привилегированныя и націй „второго сорта*,
По крайней мѣрѣ попытки найти какую-нибудь новую
формулу національной политики либеральная
Россія до сихъ поръ не обнаружила. Потому что нельзя
назвать новою рекомендуемую для всѣхъ (кромѣ польской)
націй Россіи формулу чисто отрицательнаго ха-
рактера: уничтоженіе ограниченій, тяготѣющихъ надъ ие-
русскими національностями. А дальше этой программы,
въ особенности по отношенію къ украинству, русскій либе-
рализмъ не идетъ. Причемъ не признается даже за укра-
инство мъ права самостоятельнаго политическаго фактора
хотя бы въ борьбѣ съ крайнимъ націонализмомъ. Не при-
знаетъ этого права г. Юристъ (см. декабрьскую книжку

№ 2

РУССКІЙ ИМПЕРІАЛИЗМЪ И УКРАИНСТВО.

33

„Укр. Ж."), считающій національныя политическія партій

„ненормальнымъ явленіемъ" ¹, не признаетъ зтого, права и
г. Изгоевъ изъ „Руск. Мысли", не признаетъ этого, вь
сущности, и проф, Погодинъ, требующій, чтобы укра-
инскіе дѣятели заручились сперва (путемъ плебесцита,
что ли?) согласіемъ народныхъ массъ съ ихъ программой.

Два десятка лѣтъ тому назадъ, когда Драгомановъ пи-
салъ свою программу въ ..Ч у д а и к u х л ѵ к к х ѵ ,
можно еще было принимать какъ д<\ і\ а'-'ь, «-то ѵкр-іичцы
найдуть себѣ вѣрныхъ союзниковъ вт гуссичхт л^;іб- ра
лахъ. Тогда либеральная Россія была ео.ерігенно ^ferr^ t «-.•
gnita, a зародыши организацій русскчк^ ліберал^вт > ~ еѵ-
ства)—на темномъ фонѣ тогдашней ж^зни- - 5ы^тш іікіми
яркими звѣздами; что даже трезвыхъ людей, какъ Драго-
мановъ, вводили въ заблужденіе относительно ихъ настоя-
щей политической физіономіи, Теперь не то, Теперь _??націо~
нальное лицо" либеральной Россіи стало ясное. Правда,
эксперименты въ соціологіи невозможны, но возможны
предположенія и догадки. Какъ математикъ, знающій фор-
мулу отношенія между постоянной и перемѣнной, можетъ
предсказать величину этой послѣдней въ зависимости отъ
измѣненія первой, такъ и мы, слѣдя за тенденціями, разви-
ваемыми русскимъ либерализмомъ теперь, можемъ пред»
ставить себѣ его отношеніе къ украинству въ будущемь.

Соглашеніе съ поляками, такъ-назьшаемый „обществен-
ный націонализмъ" (о чемъ я уже говорилъ въ пятой
книжкѣ журнал а) и, наконецъ, либеральный имперіализмъ
со всѣми его для насъ послѣдствіями,—вотъ тѣ „постоян-
ныя", функціональную зависимость отъ которыхъ украин-
ской политики русскаго либерализма можно прослѣдить
даже въ настоящее время»

Эти тенденцій либерализма русскаго, можетъ-быть,
нельзя было предугадать двадцать лѣтъ тому назадъ (развѣ
по аналогій съ другими государствами), но теперь ихъ
увидитъ даже невооруженный глазъ. Это-то и является,
по-моему, главной побудительной причиной для пересмотра

^г) Злѣсь авторомъ допущена суіцсственная неточность. Г. Юрисгъ въ
своемъ отвѣтѣ вовсе не отрицаетъ права украинцевъ образовать полити-
ческія партій; онъ отрицаетъ только—правильно или нѣтъ, это другой во-
просъ—цѣлесообразность образованія такихь партій при современ-
ныхъ политическихъ условіяхъ въ Россіи.

Ред.

Зі

УКРАИЯСКАЯ ЖИЗНЬ.

украинской программы, опирающейся, примѣняя уже разъ
употребленное мною выраженіе, на безусловную и непо-
колебимую вѣру въ „барина".

Въ настоящей статьѣ я не думаю давать хотя бы и
общихъ только принциповъ новой программы (для этого
необходимо бы было болѣе основательное изслѣдованіе
политическихъ отношеній въ Россіи и внѣ ея), Я хотѣлъ
лишь обратить вниманіе украинскаго (и русскаго) обще-
ства на необходимость поискать новыхъ, болѣе соотвѣт-
ствующихъ дѣйствительнымъ потребностямъ украинской
націй, формулъ. Я хотѣлъ лишь указать на то, что если
измѣнились тѣ предпосылки, на которыхъ опиралъ свою
программу Драгомановъ, то должна измѣниться и сама
программа. Какою будетъ эта программа, въ значитель-
ной степени зависитъ отъ самого русскаго общества, Какъ
замѣтилъ одинъ изъ участниковъ анкетьт опубликованной
въ декабрьской книжкѣ „Укр. Жизни", „недовѣріе среди
украинцевъ уже посѣяно*⁴. Ero возбуждаютъ какъ тѣ, ко-
торые выступаютъ аггрессивно противъ минимальныхъ
украинскихъ требованій, такъ и тѣ, которые упорно не
хотятъ обращать на нихъ никакого вниманія, Въ меньшей
степ єни, но все-же несутъ нѣкоторую отвѣтственность за
это ,,недовѣріе^и и гѣ изъ русскихъ общественныхъ дѣя~
те '.ей, которые видятъ разрѣшеніе украинскаго вопроса
исключительно въ отмѣнѣ ограниченій, тяготѣющихъ надъ
украинскимъ словомъ или въ освобожденіи отъ полицей-
ской опеки частичныхъ проявленій иниціативы украин-
скаго общества. Не такими программами, не такими форму-
лами пріобрѣтаются симпатій угнетенныхъ націй.

Во всякомъ случаѣ украинскій вопросъ -— въ янте-
ресахъ самого русскаго общества — ну-
вдается въ болѣе внимательномъ къ нему отношеній co
стороны русской политической мысли.

Я окончу статью пожеланіемъ, чтобы русское обще-
ство ближе и серьезнѣе ознакомилось съ украинскимъ дви-
женіемъ, постаралось понять его и его движущія причины
такъ же глубоко и ясно₅ какъ это удалось кн. С. Д. Уру-
сову въ его отвѣтѣ, помѣщенномъ въ 12-й книжкѣ „Укр.
Жизни^:' за прошлый годъ.

Можетъ-быть, тогда русское общество перестало бы
смотрѣть на украинцевъ какъ на ,,энтузіастовъ" и съ
ббльшимъ вниманіемъ отнеслось бы къ ихъ нуждамъ.

Лм. Понппкть.

Шевченко й украинекое общеетво

годовъ.

І.

Каждый великій псэтъ кладетъ свой -nue¹¹-'люкъ на
общеетво, ереди котораго онъ жилъ; его вдіяні.- - Ьмъ про-
должительнѣе, чѣмъ геніальнѣе ero творчеетв^, ni o тѣмъ
сильнѣе, чѣмь болѣе затронуто поэтомъ не адни: ь эстети-
ческихъ, а и гуманныхъ переживаній. Праздш-ганіе въ
1911 году юбилея Шевченка очень ярко покара что за
50 лѣтъ, исполнившихся послѣ его кончипы, у .оаинское
общеетво не переставало жить подъ обаяніемъ гкликаго
Кобзаря; въ немъ оно черпало руководящїя н ^иі їла своей
сознательной національной жизни; въ немъ находило силу
вѣры въ лучшее будушсе. Позтъ-гражданннъ :;l «т. націо-
нальному возрожденію своей родины прочно' «снованіе,
которое обезпечиваеть і: гзандіозную постолику тѵдущаго
уклада украинской народний жизни., Не довсл >сь Шев-
ченку дожить до перваго начального момсніа э " чї пере-
стройки, до великаго момента освобожденія мшл^;шовъ pa™
бовъ, горькую долю которыхъ онъ воспѣлъ с такимъ
художественнымъ лиризмомъ. Но никто, какъ т ь создалъ
то предварительное настроеніе, въ какомі> -тг друзья-
почитатели принялись въ знаменательные для rc їй Россш
60-е годы за самую нужную для народа рабоі \ -> і десять
лѣтъ, проведенныхъ Шевченкомъ въ ссылкѣ Рос ія много
пережила,—пережила 1847—1857 годы, перюль. палпый для
развитія ея общественной мысли. Эти десяг* лЬг великій
украинскій поэтъ прожилъ зъ казармѣ съ заирс го, іъ писать
и рисовать; творческая мысль ero была прееіѵк пг до него
не доходили книги и газеты. И однако, вернувші-, ъ въ Пе-
тербурга Шевченко сразу становится путеводной звѣздой
украинцевъ, онъ принимаетъ участіе въ самыхъ передо-
выхъ русскихъ кружкахъ того времени, Мысль о возмож-
ности, о близости уничтоженія ненавистнаго ему крѣпост-
ного права всецѣло овладѣваетъ имъ. Его поэтическое вдох-
новеніе уже предвкушало радость этого мгновенія, „Сонце

ИДЄ.-ПИСаЛЪ ОНЪ.-—І ЯЯ СОбото пенк яеттр"

36

УКРАИНСКАЯ ЖИЗНЬ.

№ 2

Жадно ожидая раскрѣпощенія народа, Шевченко по-
кималъ, что на интеллигенціи лежала обязанность удовле-
творить первую потребность освобожденной массы — по-
ти оч ь ей выйти изъ мрака невѣжества, дать ей школу,
книжку. Всю свою жизнь Т. Г отличался страстной любо-
знательностью; науку, знаніе, просвѣщеніе онъ ставилъ очень
высоко и понималъ ихъ значеніе для народной массы. Онъ
зналъ, что среди родного ему украинскаго народа суще-
ствуетъ стремленіе къ свѣту, оно получило въ „Кобзарѣ*
своє отраженіе, матери въ его поэмахъ вездѣ стараются
научить своє дитя грамотѣ, вездѣ звучитъ его завѣтъ:
„учися, серденько, колись з нас будут люде!" („Доля").
Но чтобы ученіе дѣйствительно дѣлало учащихся „людьми",
Шевченко завѣщаетъ и какъ надо учиться въ своемъ „По-
сланій до мертвих і живих і ненарожденних земляків*",
Въ концѣ этого посланія и заключается завѣтъ поэтаі

Учитеся, брати моі,
Думайте, читайте
І чужому научайтесь
И свого не цурайтесь,
Бо хто матір забуває,
Того Бог карає.

Совершенно естественно, что чуть заговорили про
„волю", Шевченко становится дѣятельнымъ членомъ того
кружка украинцевь, который въ 1860 году въ Петербургѣ
принялся за изданіе первыхъ популярныхъ книжекъ на
украинскомъ языкѣ. Въ кружокъ этотъ входили Кулішъ,
Костомаровъ, Бѣлозерскій и др. Но душой его былъ Шев-
ченко. Онъ самъ принялся за составленіе украинскаго ^Бук-
варя". Такъ какъ въ немъ были помѣщены нѣсколько мс-
литвъ, то -этотъ-j „Букварь" долженъ былъ пройти двѣ цен-
зуры—свѣтскую и духовную—и едва не погибъ въ послѣд-
ней. Совсѣмъ больной Т. Г. отправился однако лично
къ митрополиту петербургскому и просилъ его разрѣшить
его „Букварь". Едва полупилось разрѣшеніе, Т. Г. хлопс -
четъ о распространенш этого ,,Букваря^(і. Онъ пишетъ Ча-
лому въ Кіевъ: „Я и слышалъ, и читалъ, что митрополить
Арсеній очень возревновалъ о сельскихъ школахъ и сожа«
лѣетъ, что нѣтъ дешевыхъ букварей. Покажите ему мой
„Букварь"; если одобритъ, я вышлю ему 3,000 экземпли-
ровъ, конечно, за деньги, потому что это достояніе бѣд-
ныхъ нашихъ воскресныхъ школъ". Вмѣстѣ съ этимъ Шев-

ШйИЧЕИ^и И УКРАИНСК. ОВЩЕСТВО OU-ХЪ ТГ.

57

ченко шлетъ Чалому 10,000 экземпл. своего букваря для
распространенія въ сельскихъ школахъ. Ero мучитъ не-
увѣренность, что въ этихъ первыхъ школахъ обученіе сразу
не будетъ вестись самымъ естественнымъ способомъ—на
родномъ языкѣ населенія, Ha ero столикѣ, у коовати, ле-
жали всякія украинскія книжки, и его „Букварь" и укра-
нская „Граматка" Стронина. Больной, уже при смерти>
онъ волновался этимъ вопросомъ: „Скажите, для кого на»
писана эта книга?—говорилъ онъ, отбрасывая раздраженно
„Граматку",—я не знаю, для кого, но не для тѣхъ, кого
надо учить",. Шевченко продолжалъ настаивать на изданіи
первоначальныхъ украинскихъ учебниковъ — ариѳметики
не дороже 3 коп., исторіи Украины въ 10 к., этнографіи и
географію Украины и т. д. Всѣ предсмертныя думы поэта
обращены на это дѣло. Смерть не дала ему продолжать его,
но завѣтъ поэта глубоко запалъ въ сознаніе украинскаго
общества.

II.

Можно собственно сказать, что до 60-хъ годовъ не
было украинскаго общества: были литературные кружки,
были отдѣльныя семьи и личности, проникнутыя націонала-
ными симпатіями. Похороны Шевченка —- воть первый
фактъ общественной національной жизни въ Украинѣ. Уже
погребеніе его въ Петербургѣ сразу обьединило украин-
цевь: слишкомъ велика была утрата, она дѣйствительно
отозвалась по всей Украинѣ—и вь бѣдныхъ хатахь его род-
кой Кіевщины, и въ богатыхъ усад.ьбахъ украинскихъ помѣ-
щиковь. Одинь изь свидѣтелей погребенія Т. Г_м временно
на Смоленскомъ кладбищѣ, Терпигоревь, писаль иотомь
вь „Историческомъ Вѣстникѣ": „Изо всѣхъ похоронъ, ко-
торыя мнѣ сь того времени случалось видѣть, ни однѣ не
имѣли на себѣ такого отпечатка и характера і скзенности
и просто™, какія имѣли похороны Шевченка. О іѣ были
чистьі оть всякой театральносте ³). Похороны же; Шевченка
подъ Каневомъ имѣли грандіозный характеръ и Гыли вы~
раженіемъ той скорби, того горя передъ смертьо великаго
человѣка, которое пробуждаетъ и воспитываст • обще-
ственное сознаніе.

До Шевченка былъ національный романтизмъ, была
этнографія. Шевченко подошелъ сразу къ самому больному
вопросу: онъ громко, смѣло воспѣлъ страданія народа, его

*) „Истор. Вѣстн.", 1896, кн. VI, стр. 57,

неволю, униженіе, его одиночество. По иниціативѣ Косто-
марова украинская національная йде я была поставлена на
политическую почву, Кирилло-меѳодіевское братство со-
единило украинскій вопросъ съ одной стороны съ
необходимостью освобожденія крѣпостныхъ, a съ другой—
съ національнымъ освобожденіемъ всѣхъ славянскихъ на*
родовъ на началахъ демократическаго самоуправленія. Безъ
„Кобзаря" Шевченка идеи этого тайнаго, скоро извнѣ раз-
битаго кружка не получили бы такого широкаго распро-
страненія; въ „Кобзарѣ^а впервые на украинскомъ языкѣ
зазвучали завѣты братской любви народовъ, федерализма,
еще пока выраженнаго чувствомъ, горячимъ участіемъ къ
взаимнымъ страданіямъ, уваженіемъ святынь каждаго на»
рода. Безъ „Кобзаря" окрѣпло ли бы въ украинскомъ обще-
ствѣ сознаніе обязательности національно-культурной ра
боты для возрожденія многомилліонной массы, утверди-
лась ли бы такъ украинская идея на народномъ фунда-
менте Конечно, послѣ Шевченка были и другіе писатели
и общественные дѣятели на Украинѣ, продолжавшіе тра-
дицію Кирилло-меѳодіевскаго братства, но велика, неизмѣ-
рима была власть надъ украинской мыслью вдохновеннаго
слова поэта,

Къ 1861 г. въ Украинѣ уже намѣтилась такая группи-
ровка силъ, которая могла сознагельно взяться за работу,
какая въ то время стояла на первой очереди,—работу про-
свѣтительную. Все, что смутно, неопредѣленно звучало въ са-
мыхъ раннихъ литературныхъ произведеніяхъ возрожден-
ной Котляревскимъ украинской литературы, все, надъ чѣмъ
работали первые украинскіе ученые въ Харьковѣ и въ
Кіевѣ въ первую половину XIX в.,—демократизме страстная
любовь къ родинѣ, горячій интересъ къ изученію ея исторіи
и этнографіи,—все это, ярко выраженное вдохновеннымъ
словомъ поэта, облагороженное его высокимъ гуманиз-
момъ, къ 60-мъ годамъ отлилось въ опредѣленное обще-
ственно-литературное теченіе, извнѣ получиЕшее названіе
„украинофильства". Органомъ зтого теченія, его вырази-
телемъ былъ журналъ „Основа', печатавшій свои статьи и
на украинскомъ, и на русскомъ языкахъ. Вся программа жур-
нала, его направленіе опредѣлились еще при участіи Шев-
ченка, умершаго вслѣдъ за выходомъ 1-й книжки. Редакти-
ровали „Основу" бывшіе члены Кирилло - меѳодіевскаго
кружка и главнымъ образомъ Кулишъ и Костомаровъ. Но
время было другое, выступили новые вопросы жизни, при-

4 ы

ковывавшіе вниманіе молодого украинскаго органа, и тео-
ретическія начала 40-хъ годовъ хотя и развиваются въ
„Основѣ", но она вся посвящена болѣе конкретнымъ во •
просамъ: изученію Украины, развитію украинской литера-
туры, выясненію отношеній украинофиловъ къ народамъ,
находящимся въ тѣснѣйшемъ общеніи съ Украйно й, къ ве-
ликороссамъ и къ полякамъ_? указанію главныхъ задачъ
народнаго просвѣщенія. Костомаровъ историко-публици-
стическими статьями устанавливалъ особенность южно-рус-
скаго народа. Житецкій разъяснялъ жизненность дитера-
турной обработки украинскаго языка; Антоновичъ и Рыль»
скій давали руководящія начала для правильныхъ отноше-
ній къ полякамъ Правобережной Украины. Такимъ обра-
зомъ, національный вопросъ разсматривался разносторонне
и в